БЭ-9

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 30 комментариев »

Друзья мои, 12 марта в 20.00 стартует новый сезон «битвы экстрасенсов».

Не забудьте включить тнт, возможно, там будет сюрприз 😀

О финале можно писать вечно :)

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 21 комментариев »

Новиков, как всегда, острил на разные тематики.

Сережа Сафронов развлекал народ ( или народ развлекал Сережу… тут уже не поймешь ). Еще раз повторюсь, что Ильи очень не хватало. Человек ОЧЕНЬ теплый, ОЧЕНЬ ДОБРЫЙ И ДУШЕВНЫЙ. Хотелось увидеть.

Очень хотелось увидеть одного из операторов ( остальных, кого очень хотелось… увидеть :)) увидела ), но его не было. Причину озвучить не могу. — Макс, если читаешь, знай, что без тебя с твоим механическим «другом» финал какой-то неполноценный.

Вручения «пятерни» я не дождалась. Говорят, пятерню вручили через три минуты после моего ухода.

Чесс слово… вдруг подумалось… что финал интересен не вручением приза победителю ( наша битва была как-то душевнее и интереснее ), а знакомыми лицами. Знакомые лица, знайте, что я вас всех очень люблю, и постараюсь приехать на следующий финал, чтобы вас увидеть.

Еще немного о финале пятой…

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 12 комментариев »

Диалог с Н. Воротниковой:

Н.Х- Наталья, скажите, пожалуйста, вы бываете на «одноклассниках»?

Н.В- Нет, не бываю. Мне некогда. Я вообще в интернете не сижу.

Н.Х- На «одноклассниках» появилась некая Наталья Воротникова. Я поняла, что это не вы, но хотелось уточнить.

Н.В- Зачем мне интернет? Мне уже неоднократно говорили, что там что-то пишут от моего имени.

Н.Х- Ну как зачем? С народом пообщаться.

Н.К- Я с народом каждый день общаюсь. Мне хватает. ( смеется )

Последняя серия

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 56 комментариев »

Расскажу вам о том, как я проходила последнюю серию.

Нас оставалось четверо. Задание проходили по очереди, ждать пришлось недолго. К маршрутной газели, в которой мы сидели, подошел один из директоров съемочной группы. Странно так улыбнулся, и сказал: «Нонна, иди, твоя очередь». Я обратилась к нему по имени и спросила шутливо, но уверенно: «****, сплавить меня хотите?» К слову сказать, он мне симпатизировал с начала проекта ( не знаю, как по окончании ), и эмоции свои он скрывать не умеет. Хитро так улыбнулся и спросил: «С чего ты взяла?»

Мы вошли на первый этаж какого-то здания, мне прицепили «петлю», и впустили в комнату. Зашла и вдруг вспомнила, что забыла свой «жезл удачи» на столе съемочной группы. Вернулась, взяла его, села.

Передо мной сидела женщина средних лет, задание вел Пореченков. Мне показали фотографию мальчика, прядь волос и закрытый конверт. Сказали, что конверт открывать нельзя. Меня попросили рассказать все о мальчике. Первое, что я сказала: «Эта прядь волос от рождения?» Она кивнула. Я смотрела фотографию, начала рассказывать: «Мальчика рядом с женщиной не чувствую. Прошло несколько лет с тех пор, как он ушел. Я вижу, как он собирает рюкзак и уходит. Оставляет какое-то письмо, что-то вроде: «мама, я поехал, не ищи меня… что-то в этом духе». Вижу, как он путешествует автостопом с этим рюкзаком. Он ушел из дома ( потом сопоставив картины, я поняла, что мальчик так уходил в армию… правда, не могу сказать, письмо какого времени я увидела: армейского или тюремного ), мама его искала. Я даже могу назвать город, в котором они встречались». Пореченков говорит: «Назовите». Я говорю: «Красноярск. Отделение милиции. Он там как будто 3 дня был, они пересеклись, она там его нашла, а потом он куда-то уехал». Ведущий поворачивается от меня к женщине и спрашивает: «Скажите, пожалуйста, он был в Красноярске?» Она отвечает: «Да, был. Мы там встречались». ( это вам не показали ) Я дальше смотрю и говорю: «Я не чувствую его рядом с этой женщиной. Более того, он очень болен. У него страдает зона головы, серьезная травма, сотрясение мозга сильное». Пореченков женщину спрашивает: «У него есть травма головы?» Она отвечает: «Да, есть». Я продолжаю: «Его легкие… он замерз и кашляет. Сердце страдает». Женщина говорит: «Сердце у него здоровое». Я говорю: «сердечная чакра страдает, перегружена сильно… он как между жизнью и смертью… холодный такой… ищите его через милицию, там есть новости о нем. » Пореченков меня как-то твердо и резко спрашивает: «Нонна, ТАК ОН МЕРТВ ИЛИ ЖИВ?»

Когда мы говорим кардинально неправильные вещи, например, человек мертв, а мы называем его живым, нас резко обрывают каким-нибудь вопросом.

Я как-то растерялась ( это видно на записи ) и говорю: «Вы знаете, наверное, я сейчас вас огорчу, но этот человек мертв». Вся съемочная группа знает, что когда я считаю человека мертвым, я вхожу в транс и специфичным образом зову его к нам туда, прошу его рассказать нам о событиях. Если бы они прочитали «Путешествия души» Ньютона, они бы поняли, что за звук я издаю, и когда они все его услышат :)

Меня резко обрывает Пореченков и говорит: «Нонна, вы ошиблись, вы назвали человека мертвым, а он живой. Вы не справились с заданием, всего доброго!» Задание для меня продлилось 5 минут, потом в маршрутке я ждала другого экстрасенса, который это же задание проходил 45 минут. Все было слишком очевидно.

После испытания мы всегда даем интервью. Я не хотела давать интервью, с меня вытягивали все слова. Редактор, как зацикленная, повторяла: «Вы назвали человека мертвым, а он живой». Я ответила одно, потом другое. Она опять за свое: «Вы назвали человека мертвым, а он живой». Сцена ( разговор редактора со мной ) была настолько комичная, что я уже не сдерживала улыбку, и когда она в очередной раз повторила свой вопрос, я ответила: «Сегодня жив, а через год не жив». Она мне: «А вы прямо знаете, когда он умрет». Я ей: «Мой конек — это будущее». Она: «Спасибо».

Это испытание было после испытания с Малиновской.На этой же неделе у нас был готический зал. Я пришла в той же кофте, в которой приходила на самое первое наше испытание «ширма». Второй комплект одежды не взяла.

Здесь, на своем блоге, ровно за 5 часов до момента Х, когда мою фотографию вытащили из черного конверта, я оставила запись:

 

Внутренняя сторона ветра та, которая остается сухой, когда ветер дует сквозь дождь. ( Милорад Павич )

«Ромео и Джульета»

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 13 комментариев »

Смерть двух совсем молодых ребят.

Мама, которая обречена жить с вопросами: «Кто и за что?»

Захожу в зал, за столом сидят две женщины: одна взрослая, брюнетка, вторая молодая, русая.

Сажусь напротив. Передо мной распологают две фотографии, и просят рассказать о молодых людях, и то, каким именно образом они связаны с этим домом.

Я спрашиваю: «Этот у меня вообще в секторе мёртвых. Он мёртв?!» Ольга ( которая помоложе ) говорит: «Это вы нам скажите».

Нашим героям дают установку, чтобы они нам не показывали/не подсказывали правильные варианты ответов.

Я продолжаю: «Если он мёртв, мне надо погуржаться в транс».

Зову мёртвых.

Приходит он, становится рядом с Верой ( мамой девочки ) и говорит: «Я её не убивал. Я её очень любил». Передаю слова.

Зову Наташу, она не приходит, но возникает образ как будто ей рот пластырем заклеили, говорю: «Она молчит. У неё на рту как будто пластырь. А он говорит: «Я её обожаю, я не мог причинить ей вред». Постоянно такое ощущение, что он её сбивает и не даёт говорить.

Настраиваюсь на то время, когда произошла трагедия, спрашиваю: «Это было осенью, в октябре?» Вера отрицательно качает головой. Я говорю: «Мне холодно. На улице холодно… иней примёрз к асфальту… и дождь льёт… ветер». Они обе кивают головой и говорят: «Это произошло в феврале». Ощущение погоды сбивается, спрашиваю: «В конце месяца?» Они: «Да». Говорю: «Он говорит, что она родственница». Они: «Кому?» Я: «Вам». Они: «Она что-нибудь говорит?» Я кладу руки на её фотографию: «( обращаюсь к Ольге ) она Ваша сестра?» Ольга кивает. Я: «Вы замужем, у вас ребёнок, сын». Ольга снова кивает. Смотрю на Веру, говорю: «Она говорит, что вы её мама».

Информация того дня меня всю пронизывает, я говорю: «Это всё произошло в этом доме. На втором этаже. Вот здесь» ( встаю и показываю ).

Меня спрашивают: «Как её убили?»

Я: «Её убил дилетант. Просто направил ружьё… дуло… в упор выстрелил… не в ногу, не в руку… куда-то вот сюда». Спрашивают, где она лежит, я говорю: «Она лежит… вся такая… враскорячку… на втором этаже, рядом с дверью». Спрашивают, где лежит Виктор. Говорю: «что они разминулись…» Виктор снова выходит на контакт, я передаю: «Он говорит, что сначала убили её, потом его. Он зачем-то на первый этаж спускался, что-то принёс в руке, заходит, у него падает из рук, ему говорят: «Садись, пиши». Он садится, пишет то, что … я, типа, убиваю её, потом убиваю себя… извините меня… дальше ему стреляют в голову». Начинают расспрашивать про убийц, сильно путаются ощущения. Говорю, что их было двое, но непонятно, за что убили. Говорю, что убийцы их знали лично… Мама с дочкой спрашивают меня про цель убийства… настраиваюсь, снова всё путается… говорю, что цель ограбление.

Также говорю, что они лежат на разных этажах, скорее всего, он на первом.

Меня спрашивают: «А собака?» Я: «Да-да, я слышу лай… гав-гав… большая белая собака с отрезанными ушками». Они немного в шоке. Встаю, показываю где будка у собаки ( вдоль забора ).

Ни с того ни с сего начинаю описывать брата Виктора… говорю, что он не виноват… но его образ приходит очень чётко. Ольга задаёт наводящий вопрос: «Какие у брата Виктора волосы?» Я: «Длинные такие… сальные… худой очень». Ольга снова кивает головой ( на протяжении всего эксперимента мама и дочь кивали в знак согласия со всем тем, что я говорила ).

Снова переспрашивают, как убили Виктора, я отвечаю: «Его убили… одного из них… ему голову разнесли… стреляли из ружья… я слышу выстрел, падают гильзы… пахнет дымом». Я продолжаю: «Не вините его. Он её очень любил. Я не верю, что он мог её убить. Мне убийц чётко не показывают, но всё очень странно. Я попробую ещё раз поговорить с ней». Она буквально в образах передаёт мне какие-то обрывки, и я спрашиваю: «У них свадьба должна быть? Она показывает место, которое выбрала для этого события». Они кивают, что-то рассказывают. Потом я говорю: «За две недели до смерти были крестины… крестины маленького мальчика… были?» Ольга говорит: «Нет, крестины должны были быть… но не состоялись, потому что они погибли…» Я: «Она очень хочет, чтобы мальчика крестили… поэтому она мне дала этот образ. Крестите его». Ольга: «Да, прошёл год… мы собираемся вот-вот уже скоро крестить». Я: «Она показывает образ русоволосого мужчины… что мама хотела, чтобы она за него вышла… и что вам, Ольга, он тоже нравился… что мама не одобряла её отношения с Виктором, и хотела видеть её с совершенно другим человеком». Вера кивает.

Выхожу с испытания… чувства неоднозначные.

Говорю в интервью, что мне очень хотелось сказать, что убийцу найдут, так как такие вещи я чувствую очень тонко, но я этого не вижу… ещё 10 лет убийца будет ходить на свободе, а через 10 лет попадётся на чём-то другом… и это дело всплывет.

Через 3 дня получаю от Веры и Ольги поздравление с 8 марта.

Сегодняшняя серия

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 33 комментариев »

… меня немного удивила. Задание «Виктор Цой» ( именно моё выступление ) смонтировали заново. В прошлой вариации не было слов о том, что машина потеряла сцепление с дорогой, и её занесло.

Есть идеи — почему?

Высказываемся, товарищи :)

А вот и бомжи! Знакомьтесь!

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 15 комментариев »

Задание, конечно, интересное. Согласитесь, искать среди кучки бомжей какого-то конкретного бомжа, — дело неблагородное, и, как потом выяснилось, неблагодарное. Бомжи не прониклись, кажись, нашими способностями, а жаль. Вера, товарищи, делает чудеса. О, вспомнила: тут недавно ехала в каком-то вагоне метро… и заходит… один из тех «бомжей»… второй ряд, справа. Думаю, узнал, но виду не подал… тока чувствовал себя малёк неловко.

Ладно, вернёмся к испытанию.

В очередной раз прожигали часы в каком-то ресторане, где нас благополучно узнали… и принесли каждому экстрасенсу, за счёт заведения, по кусочку «медовика» ( или что-то похожее на это ).

Чувствовала я себя отвратительно, что неудивительно… ведь испытание с бомжами мы проходили на следующий день после ярославской квартиры. Я почти двое суток как не ела и не спала, у меня была температура. Турсуной была рядом, и помогала мне.

Пришла на испытание ( точнее, приползла ), облокатилась об стеночку, слушаю Сафронова.

Думаю, и через 10 секунд показываю на героя, и говорю: «Это вот этот молодой человек». Сафронов: «Вы уверенны?» «Да, я уверена». Он: «А как вы определили?» Я: «Очень просто. Я переместилась в будущее, которое будет через 10 минут, и сказала: «Пусть встанет тот, кто живёт на этой лестничной площадке», и встал именно он». Сафронов: «Ну пока никто не встал, давайте посмотрим на других. Может быть, вы поменяете своё решение». Я говорю: «Ну раз я не права, то пусть будет вот этот», и показываю на пожилого мужчину. В серии показали как раз как я говорю: «ну пусть будет вот этот». Серёжа: «Вы уверенны?»Я: «Нет, не уверенна». Серёжа: «Так кто же?» Я: «Вон тот, которого я показала в начале». Серёжа: «Нонна, ну так определитесь, кто же именно?» Я: «А кто его знает. Через 10 минут встаёт вон тот, а сейчас, возможно, этот».

Соб-но, так и прошло испытание.

Ко мне потом подходили со съёмочной площадки и говорили: «Нонна, мы тебя прямо не узнаём. Ты обычно такая весёлая, что с тобой произошло?» Я: «Ну вот так… думаете, легко достаются всякие ярославские квартиры?»

Они монтируют материал так или иначе в зависимости оттого, как именно хотят показать экстрасенса.

Показали секунду, ну и бог с ними. :)

Женщина, потерявшая ребёнка

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 10 комментариев »

На это испытание нас, экстрасенсов, позвали в разное время. Долго ждать не пришлось.

Прицепили «петлю», пошла на испытание. Захожу, стоит Виноградов М.В, говорит: «Нонна, здравсвуйте! Вы должны рассказать о том, что произошло с этой женщиной 31 августа 2005 года». Я отвечаю: «Кажется, это будет сложно. Не помню, чтобы смотрела какой-то определённый день из прошлого… скорее, из будущего».

Начинаю смотреть, чувствую, информация идёт. Говорю: «Первая информация — потеря ребёнка. Когда я зашла, у меня заболело сердце». Смотрю на неё, продолжаю: «Вижу дачу, несчастный случай… природа». Встаю напротив, вхожу в транс, можно сказать, засыпаю стоя. Открываю глаза, начинаю исследовать её биополе. Говорю, что зона головы в порядке, есть большие нервные расстройства, говорю, что сердце перегружено болью и страданиями, дохожу до живота… и показываю, что «вот здесь что-то такое… как отрезали… шрам вижу» ( показываю пальцем от-до ). Вникаю суть, вижу операцию, говорю: «Разрезают как будто… что-то такое круглое… похоже на матку». Снова опускаюсь к животу, говорю: «Вам делали кесарево сечение? Я ребёнка вижу». Она говорит: «Что Вы можете сказать о ребёнке?»

Я отвечаю: «Трагедию вижу… страшную». Она: «Вы уверены, что это мой ребёнок?» Я: «Вы знаете, если бы ребёнок был жив, его эфирное тело было бы жёлтеньким… а идёт тёнмый… чёрный». Снова спускаюсь к животу, «смотрю», говорю: «Вам удалили матку?» Она: «Да», я: «вы потеряли ребёнка совсем маленького?» Она: «Да». Я: «У неё резко всё началось, и пришлось срочно делать кесарево сечение. Потом её отвезли, дальше я слышу, как она кричит: «Спасите ребёнка»… она просыпается, рядом санитарка. Она просит помочь, а та отмахивается, открещивается, ей это не нужно».

Она говорит: «Да, так и было. У меня пошло кровотечение, меня отвезли в больницу. Дальше я почти ничего не помню, помню только, что перед тем, как заснуть, закричала: «Спасите ребёнка».

Я смотрю ей в глаза… думаю… сказать или нет… и всё-таки говорю: «Скажите, пожалуйста, вы думали о том, чтобы взять ребёнка из детдома?» Она отвечает: «Нет, не думала». Снова внимательно смотрю и говорю: «Я вижу маленького ребёнка из детдома… и вас… и время… то время… там это было». Она говорит ( об этом не знала съемочная группа ): «Вы знаете, я помню, что мне долго не приносили моего ребёнка. Потом сказали, что он умер. Это было такое для меня горе. И вы представляете, у меня пошло молоко. Представляете, какого мне было. Я попросила их: «Принесите мне ребёнка-отказника, я его буду кормить грудью». Кормила грудью чужого ребёнка. Мы его не усыновили, потому что было много сложностей с документами, и мы с мужем решили, что не будем усыновлять его».

Мне стало не по себе… не хочу озвучивать причину, но каждый из вас поймёт сам…

Она меня спрашивает: «скажите, как так получилось, что мне удалили матку?»

Я отвечаю: «Вы знаете, я вижу, как проводят ножом… неправильно сделали разрез… если бы был разрез без последствий, он шёл бы жёлтым-эфирным… а так… разрез чёрный… сначала был разрез, потом удалили матку… просто удалили. Это халатность врачей». Она: «Я говорила с профессором ( назвала его имя ). Мне ведь там, в роддоме, сказали, что лопнула матка, произошёл разрыв, из-за которого пришлось удалять матку, а профессор сказал, что нет, такое почти невозможно, и дело было в врачебной ошибке».

Стою… безумно её жалко… чувствую её следующий вопрос: «Скажите, пожалуйста, вы уверены, что это был мой ребёнок?» Я отвечаю: «Я знаю, что вы за этим пришли сюда… я хочу вас утешить, сказать, что это был не ваш ребёнок… но… сделайте экспертизу… и ваши вопросы станут вашими ответами».

Выжидаю и добавляю: «Я вижу рядом с вами мальчика». Она: «Это мой сын, я его найду?» Я: «Я вижу рядом с вами мальчика, нет, это не ваш сын… но он вас ждёт. Ищите его».

Я очень хочу, чтобы эта женщина докопалась до правды… но я не совсем уверена в том, что эта правда её утешит.

6 апреля

Битва экстрасенсов 4, автор Нонна Хидирян 15 комментариев »

Шестого апреля объявляли победителя, также мы встретились с форумчанами.

Напишу об этом попозже.

Виген Абрамянц

Битва экстрасенсов 4, Битва экстрасенсов 4,9, автор Нонна Хидирян 37 комментариев »

Грустная трагическая история… о смерти мальчика, который ни в чём не был виноват.

Тяжелое испытание… морально и психологически тяжелое.

Нас повезли куда-то в Подмосковье. Как всегда, мы ничего не знали о том, куда нас везут и что там будет. Настроение было нормальное, доехали без проблемм. Дальше потянулись долгие часы в каком-то баре, где кроме пива ничего не было … мне хотелось обычной минеральной воды, но воду там не продавали.

Все экстрасенсы прошли испытание. Я шла последняя. Время было за полночь.

Вышла из лифта, и первое, что сказала, было примерно следующее: «Я не буду проходить испытание, пока не выпью воды…» Выпив воду, мне объяснили, что я должна пройти в квартиру, и зайти в комнату.

Я зашла в квартиру, сняла сапоги и… прошла в комнату, где сидела наша съемочная группа. Стою, смотрю на них… не понимаю… чё происходит. Они мне, типа, Нонна, тебе не сюда, не в ту дверь попала… ещё бы… мозги и настроение набекрень… 7 часов в непонятном баре… и задание в ночь.

Выхожу из квартиры, настроение нормальное, даже не догадываюсь, с чем связано задание. Снова захожу, прохожу в комнату.

Передо мной возникают женщина и мужчина средних лет, добрые, интеллигентные. Женщина и мужчина называют свои имена. Я сразу спрашиваю: «Вы армяне?» Они: «Да, мы армяне». Продолжаю: «Я тоже армянка. Вы из Азербайджана? Да? Из Баку?» Они подтверждают. Я: «Я тоже из Азербайджана». Настроение слегка поднимается. Мне говорят: «Перед Вами комната. Кому она принадлежала? Что Вы можете рассказать».

Я настроилась, говорю: «Это его компьютер?» Мне отвечают, что да, его компьютер. Продолжаю: «Перед глазами стоит образ высокого брюнета, 17 лет… да… тёмные волосы, карие глаза, добрый взгляд». Оглядываюсь по сторонам, продолжаю: «Раз сестра… ещё сестра… 2 сестры?» Кивают головой. Начинаю рассказывать о сёстрах… про одну говорю, что вижу, что замужем и есть маленький ребёнок, что живёт не в этой квартире. Про вторую говорю, что чувствую, что она очень родная ему… Снова переключаюсь, говорю: «Я чувствую, что мальчик… что он давно здесь не живёт… его здесь нет». Внимание(!), мы не знаем, мёртв он, жив или что-то ещё… у нас даже нет фотографии на начальном этапе… фотография выдаётся только в том случае, если экстрасенс попадает по многим ключевым пунктам, и родители/родственники героя хотят, чтобы экстарсенс рассказал больше.

Я сажусь на диван, снова говорю: «Нет, я его здесь не чувствую… уже где-то год-два, как его в этом доме нет». Потом я спрашиваю: «А можно я посмотрю его фотографию? Мне ведь надо увидеть, в каком секторе его искать… если жив — так что-нибудь скажу… если мёртв — надо входить в транс». Карина ( мама Вигена ) говорит: «Возьмите» и указывает на то место, где спрятана фотография. Я беру фотографию, и чувствую, что мальчик тёплый ( добрый ), но сердце не бъется. Меня это пугает, потому что я изначально не настраивалась на задание, связанное со смертью… тем более не предполагала, что трагедия будет связана с образованной интеллигентной армянской семьей.

Вхожу в транс, зову его оттуда. Он появляется… в комнате. Я ему на его языке ( как я называю, на языке импульсов… на языке кода ) спрашиваю: «Мне сказать, где ты сейчас стоишь?» Он говорит: «Не надо. Они посмотрят мне в глаза. Они меня не увидят. А я увижу. И мне снова будет больно». Я ему: «Знаешь, мне надо сказать, как ты умер. Прости, что я тебя беспокою… если хочешь и можешь — покажи».

Идёт ощущение спорта… говорю: «Он спортом занимался? Что-то такое… развивал ноги-руки». Мама говорит: «Нет, он не занимался спортом». Я ей: «Но я вижу стадион. И его в нём… он идёт со стадиона». Его мама: «Да, он играл в футбол». Я говорю: «Здесь» ( показываю область шеи и завязанный шарф как ), мама его кивает, и говорит, что он очень любил футбол и болел за какую-то команду.

Я снова спрашиваю Вигена: «Скажи мне что-нибудь другое… не это… это не то… мне надо рассказать, как ты умер».

Потом я говорю: «Вы ведь знаете, что он умер?!»

Мама кивает головой.

Он вдруг говорит мне: «Подарок». Я его маме говорю: «Про подарок какой-то говорит». Она: «Он очень любил подарки. Новый Год начинался, а он уже говорил: «Когда вы подарите мне подарки». Я качаю головой и говорю: «Нет, не это… подарок… сестра». Тут она протягивает мне его цепочку с крестом и кольцом. Я в небольшом недоумении, говорю: «Ему Кристина подарила кольцо?» а она отвечает: «Нет, это подарок средней сестры». Уже взяв цепочку в руки, намотав её на пальцы, отвечаю :»Нет, не про это кольцо он мне говорит. Он говорит про другое кольцо, которое потерял. Ему его подарила Кристина», и тут его мама выдает: «Старшая дочка подарила ему кольцо-оберег «спаси и сохрани». За две недели до смерти он его потерял, но никому об этом не сказал». Я: «Да-да, вот про это кольцо говорит… именно про это…»

Снова вхожу в транс и говорю: «Он говорит, я к маме во сне приходил на 40 дней, просил её, пожалуйста… о чём он вас просил?» ( я знаю, о чём он просил, но мне важно, чтобы его мама сама это сказала ) Она отвечает: «Он пришёл ко мне во сне и сказал: «Мама, пожалуйста, отпусти меня». Я ей: «Но вы не можете… вы не можете его отпустить… Вы знаете, его надо отпустить… »

Родители плачут, я сама на грани срыва… как в водовороте вижу информацию… проносится перед глазами, слышу в ушах, в голову всё «падает»… я говорю: «Он в электричке ехал? это было в электричке?» она: «Ну да, в метро»… я: «Я слышу чихк-чихк…чихк-чихк… говорит… поезд… электричка… я ничего не понял… всё произошло внезапно… очень быстро… окружили… истыкали… прямо в сердце… секунда…» поворачиваюсь к маме и спрашиваю: «Он в больнице лежал?» Она мне: «Нет», я ей: «Я вижу его на белой простыне»… потом вдруг до меня доходит, что это морг :( что он в морге… что бороться за его жизнь было бесполезно, так как умер он почти сразу…

Виген всё стоит в комнате… не плачет… у него грустное лицо… я говорю его маме: «Вы хотите что-то ему сказать? Представьте, что я могу передать… скажите». Она говорит: «Виновные не наказаны. Я не могу так жить… с этим камнем… они убили моего сына… где правосудие?» Я переключаюсь на Вигена, он мне говорит ( а я передаю его маме ): «Вы знаете, они не понимали, что они делают. Глаза стоят… вот так ( показываю ), ничего не соображают. Знаете, тот, кто это сделал… умрёт в течение трёх лет… его убъют… На нём метка. Остальных тоже не станет». Она плачет, и чувствую, что ей в это не особо верится… думаю, надо как-то волну сменить, и говорю :»Он говорит, что любит обоих сестёр, но говорит, что Кристину люблю больше, говорит, мы с ней очень похожи». Тут в комнату входит его старшая сестра, Кристина. Они с Вигеном действительно очень похожи. Она приносит воду своему отцу, глаза красные, ей тоже плохо.

Я продолжаю: «Он говорит, ребёнку помог родиться. Говорит, что в этот мир провёл… сложно было». Карина отвечает: «Он помог ребёнку родится». Я: » сложные роды были?» Она: «Нет, дочка не могла 7 лет забеременеть… да, лежала на сохранении».

«Вы знаете, он ещё говорит, что взрослому помог… взрослый был между жизнью и смертью… родственник… операция». И тут Карина говорит: «Через 2 недели после смерти Вигена мужу делали операцию на почку». Я смотрю на её мужа, и говорю :»На левой почке была операция?» Карина кивает головой. Я встаю, подхожу к её супругу, трогаю поясницу в области почки, он хочет встать, я говорю, что ему необзятально вставать, я так посмотрю… описываю хирурга, который делал операцию, говорю, что операция прошла успешно, и что ни о чём волноваться не нужно… что хорошие руки оперировали.

Потом снова сажусь, и говорю: «Про ангелов говорит…» потом смотрю на его маму и говорю: «Когда хоронили… что-то такое»… и Карина отвечает: «Когда гроб опускали, родственница увидела, как облака разошлись, и на несколько секунд в небе как будто ангел образовался». Я ей: «А почему вас там нет?» Она качает головой, и говорит, что тело долго не отдавали из-за того, что это было убийство…

Я снова возвращаюсь к тому, кто убил, говорю: «Он был в подозрении, но почему-то не наказали… отпустили… русый такой… светлый… блондин с голубыми глазами… тёмный верх и светлый низ». К тому моменту, когда я описываю внешность убийцы, знаю, что это были скинхеды. «Мальчик ни в чём не был виноват. Попался под руку… внешность… им ничего не нужно было, они не знали, что у него добрая семья, где его любят, ждут».

К тому моменту все уже плачут… у самой голос никакой… держусь из последних сил… говорю, чтобы они держались, крепились, что им нужно жить ради дочек и внуков.

Потом встаю, они меня благодарят, я выхожу из комнаты… начинают течь слёзы… камера пытается снимать… я наклоняюсь к сумке, отворачиваюсь… приходит редактор, чтобы взять интервью. Я не смотрю в камеру, смотрю в стену, пытаюсь собраться… мне задают вопросы, отвечать сложно… голос ломается… что-то такое говорю…

Потом ко мне приходит Кристина, мы с ней говорим о Вигене, обе плачем… говорим об их детстве, о его смерти, о том, что он не успел… вдвоём успокаиваемся.

Время час ночи… за мной приходит администратор, и говорит, что пора ехать, что все ждут.

Я прощаюсь с ними, ещё раз желаю им здоровья и того, чтобы они эту боль в себе победили.

Я уверена, что всё у них будет хорошо… и что виновные будут наказаны.

P.S: Виген стоит на деревянной дошечке… а перед ним… бездонное сиреневое море… его душа чистая, он может туда войти… там безмерное счастье, и чувство покоя, облегчения, любви… он лёгок… его там ждут…

но здесь… здесь его пока держат… но скоро… совсем скоро… он сможет… его отпустят…


Сделано в GrayMedia